— Не двигаться! — предупредил голос из темноты. — Кто вы такие?
— Экипаж корабля, сбитого несколько часов назад, — ответил Роберт.
— Мне сообщили о вас. Роберт Уайт и женщина, называющая себя Эмили Клайренс.
— Послушайте, вы! — воскликнула Эмили. — Что значит «называющая себя»?
— Предоставьте вести переговоры мне, — прошипел ей на ухо Роберт. — Мы будем вам признательны, сэр, если вы также представитесь.
— Майор Майкл Сэндерс. Что вам известно о состоянии базы?
— Думаю, не больше, чем вам, — пожал плечами Роберт. — Насколько я могу судить, база полностью разрушена. Коридор, по которому мы пришли, завален. Слушайте, вы не могли бы опустить фонарь?
— Всему свое время, — ответил Сэндерс. — Слушайте меня. Ситуация действительно такова, как вы говорите. База разрушена, и вряд ли кто-нибудь еще остался в живых. Нам надо выбираться. Вы, Уайт, прошли брэйнсканирование, и вам я могу доверять. В отношении вашей спутницы этого сделать не успели, и теперь уже поздно. Насколько я понимаю, вы впервые увидели ее сегодня утром и не имеете доказательств, что она та, за кого себя выдает. Однако, кем бы она не оказалась, ей так же важно выбраться отсюда, как и нам. На данном этапе у нас общие цели, и мы должны действовать сообща, — с этими словами он опустил фонарь.
— На базе есть установка транссвязи? — спросил Роберт.
— Была, но теперь, видимо, уничтожена. И учтите, я не собираюсь рассказывать вам, что и для чего здесь было. Достаточно сказать, что мы находимся в резервном крыле на глубине в несколько сот метров, и единственный путь на поверхность — аварийный лифт. Идите за мной.
Майор двинулся вперед, освещая путь фонариком. Эмили хранила оскорбленное молчание. Роберт поинтересовался, велики ли шансы на исправность лифта.
— У него автономное энергопитание, — ответил майор. — Если мотор уцелел, все будет нормально.
В нескольких местах стены и потолок бороздили трещины, и на полу лежали мелкие камни и кучи песка, но непроходимых завалов больше не было. Наконец луч фонаря уперся в двери лифта. Сэндерс нажал кнопку. Прошло несколько весьма неприятных секунд, прежде чем послышалось гудение, и двери раскрылись. Кабину залил свет, и Сэндерс погасил фонарь.